Индивидуальная консультация

Долгое время для меня самого было не простым делом объяснить механику проведения своей консультации. 18 лет я работал с детьми с особенностями, и вопрос не стоял так остро. И причина не в отсутствии у родителей интереса к происходящему, а скорее, потому что ситуации настолько сложны и тонки, что родители в большинстве своем соглашались с мыслью о невозможности понять всю сложность происходящего без специального образования. Теперь, когда я приезжаю в семью, то родителям хочется понять, что и как я делаю.

Объяснение для себя самого я получил на одном семинаре, который проводил для специалистов. На нем я посмотрел ребенка, и меня спросили, каким образом я сделал свои вводы. Не спрашивал у родителей о ребенке, о его поведении, о его трудностях, а сам начал рассказывать родителям о их ребенке, попадая в своих описаниях в точку. Рассказывал родителям о том, каким ребенок был раньше, и соединял сегодняшнюю ситуация с прошлым. После этого очень легко было убедить родителей, что мой прогноз на будущее верен. Я получил родительское доверие, и они с большим усердием выполняли мои рекомендации.

А вот специалистам этого было мало. Им нужно было понимать, каким образом я это сделал. Я рассказал им, что за время осмотра я оцениваю множество факторов в единицу времени: движения рук, глаз, синкинезии (содружественные движения), изменения тонуса, временные показатели, эмоциональные реакции и далее по списку. Я им перечислил около 40 факторов , на которые  обратил внимание. Само упражнение проходило не более минуты, а рассказывал я о нем минут 30. И вот тогда я сам себе объяснил, что во время осмотра я анализирую эти факторы, и у меня получается выделить среди них блок-факторы ребенка (блокирующие факторы), подкрепляющие механизмы и найти сильные стороны ребенка, предугадать побочные эффекты.

Блок факторы – это такие ребята, которые создают дополнительную нагрузку для выполнения действия, и полезного в них маловато. Как правило, они имеют топику и повторяемость. По топике и внешним проявлениям я понимаю, из какого они времени. Эти функции у ребенка развиваются в таком возрасте, а значит – это гость из того прошлого. Определить это проще, чем может показаться на первый взгляд.

Подкрепляющие механизмы – это те, которые нельзя разбивать, даже если они считаются негативными проявлениями.

Кроме этого, моя работа с особыми детьми дала мне бесценный опыт. Все изменения у ребенка с особенностями происходят значительно медленнее, но при этом более выразительно. Существуют “побочные эффекты”. У обычного ребенка тоже, но они так быстро проходят, что их не замечают, а у ребенка с особенностями они задерживаются, и их не получается списать на изменение погоды и настроения. Я научился их отмечать, и это дало мне возможность выстраивать точный прогноз, предупреждать о них родителей и минимизировать их

Пример: ребенок встает на четвереньки, и в процессе действия у него сильно повышается тонус в стопе. Встал – и все постепенно приходит в норму. Он ее достаточно сильно выворачивает, и это замечают родители. Я наблюдаю за ребенком и понимаю, что у него не повышается тонус в стопе в ситуациях выполнения привычных действий. Для меня это однозначно подкрепляющий механизм, который нельзя разбивать. Но и оставлять без внимания – тоже. Им можно будет заняться только тогда, когда ребенок станет вставать четвереньки автоматически. Образцы такого поведения мы встречаем в жизни часто. Одни люди при разговоре по телефону начинают ходить, другие в моменты мощной концентрации внимания постоянно крутят предметы в руках или грызут ручки. Если не давать это делать, то снижается эффективность человека.

И самое главное – я научился разбивать процесс овладения функцией на мелкие составляющие . Последовательная цепочка действий. Ребенку с особенностью нельзя дать много – от переизбытка информации он просто выключится. Таким детям нужно давать очень дозировано и в одну точку, тогда идет динамика. При таком подходе обычные дети стартуют мгновенно. Это логично и понятно для многих. Но на этом моя работа не заканчивается.


Есть и вторая часть моей работы, которую объяснить себе у меня не получалось дольше всего. Эта часть работы наиболее ценна для меня. Именно она позволяет мне не замкнуть на себе ребенка, а сделать его автономным. Это не самый лучший подход в бизнесе, но единственно правильный по отношению к ребенку, по моему мнению. Мне важно, чтобы семья научилась самостоятельно справляться с разными ситуациями, а не только с моей непосредственной помощью.

Как это часто бывает, помог случай. Я смотрел ролики, и в одном из них речь шла о стрессе. Автор высказал мнение, что стресс возникает в случае, когда реальность не совпадает с ожиданиями. И тогда у меня собралась картина. Очень многие моменты в моей работе стали понятны. Мамы часто находятся в стрессовой ситуации, когда развитие ребенка не соответствует их ожиданиям, поведение ребенка не вписывается в картинку, которую они себе представляли. Эти представления складываются из прочитанных статей, рассказов подруг и родителей, информации, полученной на курсах о нормах развития. Ребенок должен в 3 месяца перевернуться со спины на живот, в 6-7 месяцев – сесть и поползти… Чем более заботливая и внимательная мать, тем больше она находит такой информации и тем больше у нее шансов попасть в эту ловушку. Формируется цепочка: мама не видит у ребенка должного и начинает тревожиться, ребенок считывает эту тревогу и испытывает дискомфорт. В его природе – радовать маму и через эту радость получать подтверждение правильности своих действий. Когда он не ощущает этого подтверждения, то начинает тревожиться и снижает свою активность. Мама в свою очередь получает подтверждение, что она что-то делает не так и может навредить своему ребенку. Эта мысль начинает преследовать и разрушать взаимодействие мамы и ребенка. Цепочка замыкается, и до какой степени самобичевания может дойти мама – остается только догадываться. Мощнейший стресс. И чем сложней ситуация, тем больше людей хотят помочь. Все нормально – перерастет. Обрати внимание, с этим нужно пойти к врачу. У врача часто выясняется, что ребенок здоров. И все эти действия не дают возможности маме разорвать эту цепочку.

В разрыве этой цепочки я вижу свою миссию. В дополнение ко всему, приход папы домой не доставляет облегчения. После целого дня отсутствия папа видит изменения в ребенке и реагирует на них радостно, и ребенок начинает папе показывать свои самые лучшие стороны. Он успокаивается и становится активным. Мама, конечно, тоже успокаивается, на некоторое время возрождается и даже готова согласиться с тем, что она зря волнуется и с ребенком все в полном порядке. На следующей день ситуация повторяется, и через пару месяцев при регулярном недосыпании и тотальной усталости мама уже не может адекватно оценивать ситуацию, и в голове постоянно живут фразы: “Я плохая мать. Я не могу помочь своему ребенку”. Мужу говорят: “Ты просто не видишь всего ужаса, который происходит в течении дня. Поэтому тебе и кажется, что все нормально”. А вот это уж точно не соответствует тем представлениям об идеале семейной жизни, которые рисовала себе женщина всю беременность.

Я думаю, многие себя узнали в этом описании. И это несколько объясняет ситуацию, но не дает выхода из нее. У меня для вас хорошая новость: выход есть и он очень быстрый. После первого моего прихода мамы пишут, что вдруг успокоились, задумались о посещении маникюрного кабинета и косметолога, выспались. Почувствовали радость материнства. В отзывах родителей это можно увидеть. А все это возможно в том случае, если ребенок стал радовать и общаться с ним стало легко. В чем тайна? Да нет никакой тайны в этом. Я уже все описал выше, но по отношению к ребенку. Мамы получают от меня реальный прогноз, и я часто даже обозначаю время, когда и что сделает ребенок. Через два дня перевернется, через неделю встанет на четвереньки. Ждите, сядет. При такой формулировке обычно к вечеру пишут смс со словами: “УРА! СЕЛ”. Для этого вам нужно вот так поиграть с ребенком. Как правило, это не больше трех действий. Это не волшебство, а умение оценить состояние ребенка и подобрать упражнение, которое обеспечит движение ребенка, и оно очень быстро случается. У мамы совпадение реальности с ожиданиями. Цепочка разорвана – а это спокойствие, радость за ребенка и радостная ответная реакция ребенка. Я МОГУ. Я НЕ ВРЕЖУ СВОЕМУ РЕБЕНКУ. Я ХОРОШАЯ МАТЬ.

В таком состоянии мама способна дать ребенку больше любого специалиста. Ребенок и мама просто начинают расцветать. Этому не может не радоваться папа. Он перестает задерживаться на работе и летит домой к самым дорогим для себя людям. И это тоже часть моей работы, и она очень важна. Параллельно я еще рассказываю о том, что, откуда, почему так и почему с решением этого вопроса нужно подождать. Например: ребенок не встает на четвереньки и даже не пытается, а по возрасту уже мог бы это делать. Я объясняю, что сейчас не надо волноваться по этому поводу. Сначала ребенок научиться вытягивать одну руку вперед, лежа на животе, потом – крутиться на животе, а потом встанет на четвереньки. Первому можно научить за такое время, второму – еще быстрей, а встанет – сам, немного позже. Готовы подождать пару недель. И даю упражнения, простые и понятные. Дальше я поддерживаю маму по телефону или скайп некоторое время. Результаты такие, к которым я сам еще не привык. Столько фотографий ползущих, сидящих, перевернувшихся детей, которых мне присылают, я не ожидал. Это сплошной поток. Светлый, радостный поток.

Я реабилитолог, а реабилитолог работает на стыке трех дисциплин: медицина, психология и педагогика. И мне кажется, что мне это удается. 

Я хочу получать полезные статьи от Олега Леонкина

Политика конфиденциальности

Договор оферты